НОВОСТИ 
 
Захватывающее приключение Кролика Питера Эмма Томпсон The Spectacular Tale of Peter RabbitЕжевичная поляна на русском языке Джилл Барклем
 
Глава 14. Сахар Демерара
 
Назад   Глава 13. Сад Кодлина Крофта     В Содержание     Далее   Глава 15. Поиски пони Билли

Глава 14. Сахар Демерара

Беатрикс Поттер иллюстрация Волшебный караван
В прекрасные весенние дни клетка попугая стояла на улице на верху стены сада напротив окон дома. В перерывах между покачиваниями на насесте и кусанием клетки, попугай делал замечания домашней птице. Слова, которые наиболее часто он произносил в адрес этих невинных птиц, были «Демерара сахар! Демерара сахар! Дем, дем, дем, Милая Полли!» Куры внимательно слушали его.

Когда цыплята оперились их переселили в деревянный домик на колесах, который стоял на стерне. Они подъедали рассеянное зерно и превратились в прекрасный жирный молодняк. Осенью фермер говорил о том, что нужно забрать домой куриную хижину. Но он был занят другой работой и дотянул с этим до зимы.

Ночью в сочельник выпал снег. Следующим утром, когда Тэппи-тур выглянула наружу, она увидела белую землю. В испуге она отступила назад в хижину. Тогда Селина Пикэкорн и Чаки-додди тоже выглянули наружу. Ни одна из них не видела раньше снега. Они вылупились в апреле, без единой старой курицы, которая могла бы рассказать им о снеге.

- Это скатерть? - спросила Чаки-додди. Они знали все о скатерти, потому что жили под курятником около зеленой травы, где сушили скатерти. Их ругали, когда они оставляли грязные следы лап на чистой скатерти, которая отбеливалась на траве. Куры нервно соскользнули с лестницы вниз на снег. Нет, это была не скатерть.
Тэппи-тури сказала:
- Я знаю что это. Я считаю, что это сахар Демерара, про который говорил попугай! (Здесь попугай мог бы сказать им, что сахар демерара не белый)
Селина Пикэкорн попробовала на вкус.
- Это не что иное, как то необычное, о чем так много говорил попугай. Какой он холодный и мокрый.
 
Беатрикс Поттер иллюстрация Волшебный караван
 
В это самое время приехал фермер с лошадью и телегой. Он завел кур обратно в хижинку, запер дверь на колышек и привязал ее веревкой к телеге, чтобы тянуть ее по снегу домой. Куриная хижинка гладко не катилась. Ее маленькие покачивающиеся колеса застревали в колее. Она тряслась и молодки в ней кудахтали и трепетались. Прежде чем они выехали в чистое поле, дверь хижинки открылась и Тэппи-тури, Чаки-додди, Селина Пикэкорн и пятеро других кур вылетели наружу. Фермер и его собаки поймали пятерых кур. А первые три курицы прибежали обратно к месту, где стоял их курятник и закудахтали.
Фермеру пришлось их оставить на время.

Тэппи-тури, Чаки-додди и Селина бродили по снегу. Поле казалось очень большим и затерянным под широким белым покрывалом.

- Хижину увозят, - сказала Селина Пикэкорн, - мы выпали из хижины.
- Что мы будем делать? - спросила Чаки-додди.
- Я не вижу ничего для рождественского ужина,- сказала Тэппи-тури, - здесь много сахара, но где же чай и хлеб с маслом?
С неба начали падать крупные хлопья снега.
- Может это хлеб с маслом. - сказала Тэппи-тури, с надеждой глядя на темнеющее небо.
- Моя перьевая юбка стала такой мокрой, - ворчала Чаки-додди, - давайте попробуем пройти по вершине той стены к лесу.

Верхушка стены была покрыта толстым слоем снега. Из-за частых прыжков, это оказалось не самая лучшая прогулка. Они пересекли Ивовый ручей по деревянной палке. Ручей внизу бежал темный и мрачный между белых берегов. К тому времени, как они достигли леса, уже стемнело, последние сто ярдов куры пробирались через снежные заносы.

- Если это рождественский пикник, то это ужасно! Давайте залезем на эту ель и переночуем там до утра.

Им удалось взлететь на ель. Они сидели на ветке в ряд, взъерошив свои перья, чтобы согреть замершие ноги. Одна курица была рябая, а двое кур были белыми, правда на белом снегу они выглядели желтыми.

- Что-то пикник долго начинается,- сказала рябая курица Тэппи-тури. Среди густых ветвей ели она казалась черной как смоль.

Внизу в долине потоки воды журчали сквозь толщу льда. Время от времени раздавался мягкий звук скольжения. Это влажный снег скользил с молодых деревьев, которые согнулись от тяжести его веса и выпрямлялись снова, освобожденные. Далеко в лесу от нагрузки хрустнула ветка издавая звук похожий на выстрел пистолета ночью. Поток мрачно продолжал журчать. Вдоль берега под ореховыми кустами сквозь снег торчали тростник и сухая трава.
Между ручьем и елью, где устроились на ночлег куры, был белый нехоженый склон. Только одно дерево росло там — маленькая елочка, около четырех футов высотой. Ночью стемнело и ветви этого деревца, скованные сосульками и морозом, стали светится. Они светились все ярче и ярче, словно сто гирлянд, не желтым светом, как от свечей, а ослепительным белым светом.
Тоненькие голоса и музыка начали смешиваться со звуком воды. Снежные берега, от леса и от луга, стали заполняться маленькими темными существами, которые продвигались от тьмы к свету. Они шагали по кругу вокруг ели, весело танцуя взявшись за руки. Кролики, кроты, белки, древесные мыши и даже полуслепой крот, старый Самсон Вельвет, танцевали держась за руки с древесной мышью или землеройкой, пока ниже ели играл на волынке еж.

Тэппи-тури и ее сестры вытянули шеи вперед:
- Начинается Рождественский пикник? Может мы спустимся вниз и разделим его? Мы можем присоединиться к танцу.
Куры скользили,бочком продвигаясь вперед через град осыпающегося снега с веток.
- Ко-ко-ко! - кудахтали куры, хватаясь за скользкие ветви.
Свет на Рождественской елке дрогнул и погас. Все погрузилось в темноту и тишину.

- Боюсь, Рождественский пикник был всего лишь сном. Мы должны усесться на насест обратно до утра.
- Тише! Сидите и не двигайтесь,- сказала Тэппи-тури, - это не мы спугнули их. Что-то шевелится около ручья. Что это?

Луна сияла между облаками, бросая длинные темные тени на белоснежную землю; тени лесного орешника и высокого тростника.
Незнакомец был невысокого роста, в длинном коричневом пальто. Сопя и фыркая он вышел на лунный свет. Он осмотрел следы на снегу вокруг Рождественской елки. И, о ужас! Он пошел прямо по снежному склону и остановился под елью, глядя на кур. Это был неприятный тип, пахнущий мускусом - горностай по имени Джони Феррет. (В этот момент Чарльз счел нужным извиниться перед Дженни Феррет, которая вязала на ступенях фургона. Она приняла извинения в добром расположении, сказав, что не в ответе за неприятную родню — ужасно пахнущую мускусом, с короткими ногами и пушистым хвостом.) Сначала он пытался влезть на дерево, но у него не получилось. Тогда он закричал:
- Кыш! Кыш! И стал бросать палки в кур. Потом он стал трясти дерево, пытаясь стряхнуть их. Куры в ужасе цеплялись и кудахтали высоко над его головой.

Тогда горностай Джон Феррет придумал другой план; он решил закружить им голову. И тут же принялся за работу. Он начал танцевать. Это был не обычный танец. Сначала он медленно кружился. Медленно-медленно, очень медленно, а затем стал кружится быстрее, быстрее и быстрее, пока не стал вращаться как волчок. Неприятный мускусный запах поднимался вверх на дерево. Тэппи-тури, Чаки-додди и Селина Пикэкорн наблюдали за ним сверху. Они перестали кудахтать и наблюдали за ним, очарованные в тишине вытянув шеи. Горностай сделал круг, потом еще и еще; неприятный запах поднимался по ели. Чаки-додди вывернула шею следя за ним. Селина Пикэкорн не только поворачивала голову, но и всем телом стала поворачиваться на ветке. У всех кур закружились головы.
Джон Феррет продолжал танцевать и еще более неистово вращаться; мускусный запах поднимался все выше и выше. Все три курицы начали поворачиваться вокруг себя. Еще минута и они упадут. Джон Феррет радостно прыгал, скакал и крутился. Но вдруг он остановился. Он неподвижно стоял и прислушивался. Голоса доносились от дороги, которая огибает лес.
 

У людей есть обычай - в сочельник распевать гимны и песни, передвигаясь от фермы к ферме и даже к одиноким домам на окраине леса.
Два маленьких мальчика, которые были с певцами, шли домой к ужину. Их Рождественские угощения были более богатыми, чем у Тэппи-тури. Их карманы были полны яблок, ирисок и пенсов.
- Джордж, - сказал Джимми, - дай мне имбирное печенье.
- Не-а!, - ответил Джордж, - оно прилипнет к твоим зубам и ты не сможешь петь.
- Оооооп!- крикнул Джорд и прыгнул в сугроб, - споем другую:
 
На праздник, друзья, поспешите скорее!
Наполнены чаши коричневым элем.
Чаши из дерева розмарин.
Вкус свежего эля неповторим.
Горничная, крошка, попробуй эль немножко!
Двери нам открой и войти позволь!

 

Горностай Джон Феррет внимательно слушал.
- Ооооп! - крикнул Джимми пиная снег и размахивая фонарем, - давай другую.
- Джимми!, - воскликнул внезапно Джордж, - я чувствую запах горностая. Посвети фонарем на стену.
Горностай Джон Феррет поспешно сбежал. Чары были сняты и Чаки-додди, Тэппи-тури и Селина обрели дар речи. Они громко закудахтали сидя на дереве.
- Ого!- сказал Джордж, - это же наши куры, которых из куриной хижины упустил отец. Давай заманим их вниз светом фонаря.
- Так ничего не выйдет! - захихикал Джимми, балансируя на вершине скользких камней. Он протянул руку к дереву и достал Тэппи-тури за ноги.
- Цыц!- сказал он и бросил ее в сугроб.- вот другая, толстая!
Он бросил Чаки-додди также в сугроб. Селина полетела вниз сама. Мальчики вытащили кур из снега и пошли домой. Джордж держал под мышками по курице, а Джимми держал в одной руке фонарь, а в другой курицу.
 
Беатрикс Поттер иллюстрация Волшебный караван
 
- Это было славное окончание Рождественского пикника Тэппи-тури, но раньше оно казалось гораздо хуже. Ко-ок-ко-ко, - сказал петух Чарльз.
Сэнди задумался:

- Попугай был стар?

- По его собственным словам он был очень стар, - ответил Чарльз.

- Интересно, это был тот же попугай у которого давным-давно было приключение с ястребом. Попугай, про которого я говорю, принадлежал сквайру Брауну Камберленду. У свайра был гнедой конь, на котором он ездил верхом; и он нанял старого конюха-садовника по имени Джон Геддес. Одним прекрасным утром сквайр Браун спускался вниз по лестнице и позвал через открытое окно Джона Геддеса с конного двора. Он сказал: «Я поеду сегодня верхом, Джон Геддес!» Затем он почесал по голове попугая, позавтракал и почитал газету.
Попугай был настолько ручным, что ему было позволено выходить из своей клетки и в один прекрасный день он вышел на газон. Страшно об этом говорить, но большой ястреб налетел на него с неба и схватил бедного Полли своими когтями. Ястреб поднялся вверх над домом и конным двором. Попугай, глядя последний раз на свой дом, увидел старого конюха-садовника, который подметал двор. «Я поеду сегодня верхом, Джон Геддес!» крикнул Полли. После чего ястреб был так поражен, что отпустил попугая, который пронесся вниз от облаков к спасению.

- Ко-ко-ко! Я думаю, что я уже слышал этот анекдот, - сказал Чарльз.

- Возможно, - ответил Сэнди ощетинившись, - возможно. Но попугай сквайра Брауна был первым с кем это случилось.

Ксэрифа поспешно вмешалась, чтобы смягчить обстановку:

- Это случайно не мисс Браун, та очень старая дама, которая рассказала нам эту историю?

- Да, это была она, - сказал Сэнди следя за петухом Чарльзом.

- Разве она не рассказывала нам другие милые истории? - продолжила Ксэрифа – историю о волшебных башмаках, и тот чудесный рассказ о кувшинках? Как они плыли по течению вдоль озера, а затем вниз по реке. В каждой кувшинке в белом цветке лилии сидела фея с золотыми локонами. А на каждом широком листе была фея в зеленом и гребла веслами из камыша.

- Чем закончилась эта история, Ксэрифа? - спросил Грошик

- К сожалению, я не помню. Я не думаю, что у этой истории был какой-либо конец или же я просто заснула.
 
Назад    Глава 13. Сад Кодлина Крофта    В Содержание      Далее   Глава 15. Поиски пони Билли

 
Перевод: beatrixpotter.ru   

Беатрикс Поттер "Волшебный караван" читать онлайн; иллюстрации Беатрикс Поттер 
 
 

Использование материалов сайта "Волшебный мир Беатрикс Поттер" возможно только с указанием прямой (активной) ссылки на сайт beatrixpotter.ru
 
Группа вконтактеМуми-троллиНовости МультипликацииДетские каналы онлайн